.

24.09.2015

Дима Мозжухин: «Я только записывал и плакал»

5 сентября коломенская группа «Дайте танк (!)» презентовала в «China Town» свой пятый альбом «Глаза боятся». После концерта я и второй интервьюер Алиса встретились с Димой Мозжухиным – автором песен и, как он сам себя называет, “передним человеком” группы «Дайте танк (!)».

Мы решили провести интервью на улице. Почти полночь, холодно, мы сидим на корточках на обочине дороги. Дима курит, немного стесняется и часто шутит. Совсем близко проезжают машины – шумно.

dayte-tank

Что тебя вдохновляет? Поэзия, литература?

Я читал всего две книги вдумчиво. Одна книга – сборник Довлатова. Вторая – «Прошу, убей меня». Когда-то я одной девочке в юности подарил «Прошу, убей меня» на день рождения и взял почитать в тот же день. Прочитал, перевернул и начал читать сначала. И так по кругу я ее читал пять лет и наизусть ее выучил. Потом другая девочка сказала, что наши песни похожи на Довлатова. А я работал тогда библиотекарем, и мы выбрасывали каждый месяц книги из окна в кузов, чтобы макулатуру сдать. И среди них попался Довлатов – я смотрю: Довлатов, прикольно, нас сравнивали с ним. И подарил Романкину, который у нас на клавишах играет и на трубе. Подарил ему и тоже взял почитать. И все – больше книг я не читал. В общем, я к чему? «Я всегда мечтал быть учеником собственных идей», – Довлатов говорил. Вот у меня типа того. В детстве я слушал какую-то музыку, а потом перестал. И сейчас ничего не слушаю на самом деле, ничего не читаю, вроде как – ученик собственных идей.

Когда «Дайте танк (!)» собрались в нынешнем составе?

Я собирал группы с детства. Сначала занимался электронной музыкой, потом с одноклассниками попробовал играть живьем. Постепенно овладел гитарой и запел. Мы с Романкиным сидели в гараже, записывали длинные экспериментальные альбомы на диктофон и раздавали диски знакомым. Внезапно один из дисков попал к загадочному молодому человеку по имени Юра. И он позвал нас пообщаться. Мы испугались, подумали: что же он с нами сделает? Странно, взрослый дядька. Ему тогда 28 лет было, а нам, наверное, 18. Позже выяснилось, что он устраивает подпольные концерты и записывает подпольные альбомы. Короче, чувак вообще культовый для Коломны. Этот Юра из олдовой тусовки: там хипьё, система, панки – кто угодно. И вот Умка, Ник Рок-н-ролл, Захар Май – все эти ребята были на «Светлой». Светлая – улица такая. Светлая, дом один. И у Юры там отличная домашняя студия. Ну и мы стали с ним записываться. Баловались и записали альбом «Время собирать щебень». Но на тот момент я был юный, наивный и никуда его не посылал. Я думал, выложу его в интернет, и меня все сами найдут. Поэтому его никто и не слышал толком. Только те, кто сейчас нас слушает и кто интересуется. А так, он в пустоту ушел.

Затем Дима рассказывает о том, как Юра со «Светлой» стал играть в «Дайте танк (!)» на барабанах. Чтобы это случилось, понадобились долгие месяцы дружбы и своевременно сказанное «А давай с нами»? Точно так же в группу пришли басист Раен и «индеец-экстрасенс» Максим Сонный – самый старший, но самый бодрый в коллективе. Мы встаем с корточек и переходим дорогу. Рядом незнакомый юноша в расстегнутой рубашке режет собственную грудь скальпелем.

Часто вы репетируете?

Сначала вообще не репетировали. Просто перед концертом во дворе вспоминали партии свои. Но чем больше участников, тем проще ошибиться. Поэтому старшие товарищи приучили нас нормально репетировать хотя бы один раз перед каждым концертом. Я вообще считаю, что репетиция – это противоестественное состояние для песни. Песню либо сочиняют, либо поют. А репетиция – это ни туда, ни сюда. Но полезно, конечно.

«Дайте танк (!)» участвовали в записи трибьюта «Гражданской Обороны» «Всё совсем не то». Что для тебя значит Егор Летов?

Летов – как Пушкин, только круче. Я не то чтобы прямо угорал по «Гражданке», но очень уважаю. Вот как уважают Пушкина, хотя нет – знаете даже, как – «Битлз». Вот я терпеть не могу «Битлз». Все говорят: «Битлз»! «Битлз»! Цари! Но мне не нравятся их гармонии, не нравится, как они поют. А Летов – авторитет. Потому что он брал и делал, сам себя за волосы из болота вытаскивал, как барон Мюнхгаузен.

Из современных российских музыкантов кого посоветуешь послушать?

Я в музыке не очень понимаю, больше к людям привязываюсь. В «Лемондэй» есть за что влюбиться, в Машу Badda Boo, в Пашу, который «облако ада» и «Душечка ты мой». Из незнакомцев мне нравятся «Сансара» и «Петля пристрастия». Но вообще, я не очень в теме. Я сам себя слушаю.


фото: Аня Гофман

Объединяет ли твои песни общий посыл?

Это все случайно происходит, само собой. Когда ты долго на иностранном языке говоришь, ты начинаешь на нем думать. Когда долго песни пишешь – думаешь в стихотворной форме. Песни делятся на две категории: они либо как пещера, либо как дом. В первом случае ты по горам лез, нашел пещеру и спрятался. Во втором – медленно-медленно из досочек собираешь, чтобы и крыльцо красивое, и окошки. Иногда по несколько лет на такие песни уходит. А этот альбом почти весь из пещер. «Во рту», например, вся пришла сразу целиком. Я только записывал и плакал.

Беседовали: Алиса Павлова и Стёпа Ботарёв.


Комментарии: